Выступления на Поэтическом Биеннале и Нон Фикшн в Москве подарили море фантастически приятных встреч, знакомства, общение, новых идей... Не могу не порадоваться успехам моего сына - Никиты Пуханова - он просто отличный менеджер, который вместе с моим давним другом Андреем Явным и новыми друзьями - Юрой Цветковым и Даней Файзовым - сделали все, чтобы мои - и наши общие - выступления прошли так, как хотелось. Песни и стихи были услышаны, Львовский Национальный Форум прозвучал ярко и где-то даже, не побоюсь этого слова, феерически: украинские молодые поэты - Илья Стронговский, Грыць Семенчук и Марьяна Савка свежо и сильно заявили о современной украинской литературе, даже видавшая виды Президент Форума Леся Коваль с 15-летним стажем организаций подобных мероприятий, кажется, была очарована общей атмосферой... И то: переводы Димы Кузьмина, выступления Виталия Пуханова, Маши Галиной и Аркадия Штыпеля, Николая Звягинцева и других гостей, комментарии Данилы Давыдова, Романа Виктюка - Боже, простите, если кого не назвала, но подробный отчет в других журналах, у того же Никиты! - да и вся дискуссия о переводах в целом в новом формате литературного кабаре,где пели, шутили, актеры читали стихи и проч. - это была и в самом деле совершенно обаятельная и непринужденная атмосфера, ввергшая всех присутствующих в состояние эйфории и практически братания до четырех утра!!! Все - разные, да, но все - от представителей шоубиза до поэтических и театральных небожителей, от бизнес-леди и олигархов до консерваторских музыкантов - все были невероятно открыты, доброжелательны, талантливы и... просто человечны. В чем несомненная заслуга не только участников, как было сказано, но прежде всего организаторов - и среди названных и горячо (давно и с недавнего времени)любимых, повторюсь, Никиты, что мне как маме чрезвычайно приятно. Я-то знаю не по наслышке, каких усилий стоит такой легкий и феерический праздник! Подумать только: литкабаре продолжалось полный рабочий день - 8 часов! - и никто не устал!Феерия продолжалась на моем вечере, где вместе со мной выступали давно любимые мной Дима Строцеев, Лена Фролова, Леша Евтушенко, Оля Ермолаева... И еще на третий день на Нон Фикшене... В общем, Грыць Семенчук признался мне, что не ожидал такого тепла и искренности от Москвы. За что всем - и от всей украинской делегации - и от меня отдельно - спасибо. Ибо нет ничего лучше любви, которую не заставишь, не вызовешь, но и не перестанешь, если уж она есть!

Наша с Любой мечта - это, конечно, Япония (путешествие, неспешное, долгое, с остановками, стихами по-японски, айкидо и общением с духами) - и Мадрид. Испания. Пожалуй, там бы хотелось пожить хоть какое-то время. Ну, вот Греция еще - но это потому, что ьам любина подруга детства. А вот Сашка наша настаивает на покупке недвижимости на Крите))). "... Одссей возвратился, пространством и временем полный..." Еу, еще Фаулз... ))))

Даже если ты был шуткой
Бога, я тебя любила,
И в себе открыла силы
Для прекрасной чистой жизни,
Для беспечных перелетов,
Для английского фарфора,
Для камина, для мотора,
Для огня, воды и крыльев.
Даже если ты пытался
Отобрать, стянуть, направить,
Все чудесно превратилось
В дар, свободу и свеченье.
И теперь ты так растерян,
Так напуган и расстроен,
Что легко лица коснувшись,
Говорю тебе «спасибо».
Потому что, потому что
Наша связь – улыбка Бога.

Есть особенная территория, такая специальная комната,
баз ключей,
на (в) которой я плачу, говорю страшные слова "никогда" и "навсегда",
обещаю и угрожаю,
не понимаю и снова плачу, и даже реву, и даже навзрыд, -
а потом выхожу на Божий свет и говорю ему: радость, спасибо.
Тайная территория - мои ошибки и глупости,
моя гордыня и искренние заблуждения, моя стыдоба, -
комната ни для кого.
Не нужная никому.
И это правильно.

Приглашаю всех на вечера!!!!

"Львовский Национальный форум издателей" сообщает:


Имеем честь пригласить Вас на три вечера Львовского Национального форума издателей в рамках
Московского международного фестиваля «VI БИЕННАЛЕ ПОЭТОВ»

1 декабря, вторник.

18.00

Клуб «Bilingua», Кривоколенный пер, д. 10, стр.5
Национальный форум издателей во Львове.
Вечер первый.
Презентация Львовского литературного фестиваля.Пресс-конференция.Экскурс в историю форума.
Участвуют: Грыць Семенчук, Илья Стронговский, Олександра Коваль, Андрей Явный


20.00

Клуб «Дача на Покровке», Покровский бульвар, 18.
Национальный форум издателей во Львове
Вечер второй.
«Amor librum nos unit».
Участвуют: Дмитрий Бак, Юлий Гуголев, Николай Звягинцев, Дмитрий Кузьмин, Виталий Пуханов,Елена Фанайлова,Алексей Прокопьев, Аркадий Штыпель,Мария Галина,Татьяна Толстая, Ирина Горюнова, Юрий Орлицкий, Данила Давыдов, Надежда Мейхер, Анастасия Волкова, Марина Курсанова,Александра Коваль, Андрей Явный

Мы обсудим две важнейшие темы, волнующие литературное сообщество:
1) Переводная литература. Сложности перевода.
2) Фонетическое и акустическое восприятие стиха. За гранью перевода.

2 декабря, среда.

18:00

Клуб «Дача на Покровке», Покровский бульвар, 18.
Национальный форум издателей во Львове.
Вечер третий.
Презентация альбома Марины Курсановой. Живой звук. Исполнение романсов Марины.
Специальные гости: Роман Виктюк, Марина Голуб, Сергей Чупринин, Ольга Ермолаева и др.


+7 915 047 54 95 - Н.Пуханов
+7 985 929 74 08 - А.Явный

Организаторы: Никита Пуханов, Андрей Явный, «Культурная Инициатива»

Мы с Любой смотрим роскошные фильмы о вкусах жизни, и я пытаюсь готовить, воодушевленная кулинарными изысками на экране, но у меня плохо выходит. Понятия не имею, с какой стороны подступаится к еде, особенно, КАК ее сделать такой, чтобы она нравилась всем: Например, я люблю все полезное, то есть витаминно-нетолстящее, а французская кухня, как известно, кухня - масла и сметаны. От них очень даже растолстеешь... эато ее обожают мои друзья и близкие. Они вообще любят все вредное, и никакие мои призывы к здоровому способуц эизни не действуют... Что делать?

Можно встать и выйти на черную улицу в ночь
Можно лечь и заснуть, ни о чем не спрашивая, но веря,
Что и это счастье, хотя в голове темно,
И ничто не вносит влаги в шершавость под веком.

Даже запах отъяли. Это ли, что хотел –
То, что любил в полуденный май роковой пустынный
Жадным отрочеством зря пробеганье тел,
Жабьи мерцанья взращивая на глине?

В сырости света зелень подвижных лап
Не достает из детства, когда по стене кочуя,
Полый твой глаз испытывает коллапс,
Перемещаясь в сон – будущего, но чуда.

Все уже здесь: и терпкий круговорот слюны,
И расширенье жабр, и движение клюва в ливне –
Там, за кожей, куда не проницают сны,
И навсегда к тебе этот взгляд молчаливый.

Комната перебираема неводом, как не-вода,
Когда повернешься набок с драгоценным уловом.
И тому, кто скажет любые два слова, дашь
Все –
В благодарность за два – в оба легких - слова.

Видимо, август, кажется, ветер.
Складки, движенья, ритмы.
Белым накалом видятся дети,
Алым - молитвы.

За то, что я была поэт – и только.
За то, что помощь, как волна шла рядом,
За то, что лунная гора – срез корки,
И снегопад перечеркнул дрожь сада,

За то, что не было свечи вне текста,
И ангел с крыльями вразвал плыл мимо,
За то, что ты мне отмстил все тем же,
И так горели на столе в ночь вина,

Еда дымилась, и жила врозь кожа,
За то, что в утренник одной быть лучше,
За то, что ангелом одной быть – можно,
А с мужем, другом и семьей свел случай,

За то, что мне не выбирать стран, веры,
За то, что мне пережидать страсть молча,
И сто тетрадок исписать в слог мерный,
И снова быть одной всю ночь той ночью.

За то, что слова не сказать, взгляд спрятать,
За то. что растеряться вмиг - долг древний,
Да в горнице провековать, зря слякоть,
дв ножку детску целовать ца-ревне,

За то, что грубая судьба так свяжет,
Что и захочешь – не сбежишь, лишь с кровью,
За то, что помощь, как волна в жизнь ляжет,
Но и собою, как волна, на-кроет.

За то, что рот перекусив, смяв пальцы,
Молчишь, качаешься и спишь полжизни,
Ни красота, ни младость, ни шелк в пальцах
Не вынесут, не отвлекут – кровь брызнет.

За то, что кто ж перенесет, кто стерпит,
А мне написано «любить» в той Книжке,
За то, что вдоль хребта стальной вбит стержень,
И в полночь топот от копыт по крыше.

…Но все же нитью не обвить гром горла,
но только помнить и струить в снег простынь,
И онеметь от волшебства трав горних,
Когда сумею наконец жить просто.

Когда раскрою в снегопад взор утром –
Ребенок, белое окно, Зверь Зимний,
Взлечу в Единственной Руке – той, чуткой,
Что пишет мир, и всяку тварь здесь живу.

Как загнанный зверь дыша, не смея Тебя коснуться,
В этот лед сухой, в этот шарф, удушающий,
в куст,
смертью пахнущий,
– головой.

Всякая вещь здесь
Рассыпается в ночь листвой, обозначив кратко: Ты есть.
Ну и что, что надежды – ноль. Ну, и что, что обняться – где?
Так летит обреченно «стой», обращаясь к лицу в воде.
Но Тобой выводим из нор, голос вдруг выпрямляет день.